Совместный проект творческого сообщества МИРА и галереи MYTH (Санкт-Петербург), реализованный при поддержке коллекционеров Екатерины и Андрея Теребениных, объединяет работы двух художниц — Нехи Лавингии (резидентки Threshold Art Gallery, Индия) и Ульяны Подкорытовой (резидентки галереи MYTH, Россия).

«Чистая вода, каменистое дно» — это образ, в котором соединяются хрупкость и устойчивость, видимое и скрытое, эфемерное и вечное. В этом напряжении и разворачивается диалог двух художественных практик, обращенных к вниманию, замедлению и переживанию времени.

Художницы из Индии и России сходятся не в форме, а в методе: обе работают с наблюдением, телесным присутствием и внутренней тишиной, позволяя месту, материалу и ритму природы задавать условия художественного высказывания. Тонкие акварели Нехи, основанные на наблюдении и неподвижности, запечатлевают хрупкую красоту опавших листьев и соседствуют со скульптурами и графикой Ульяны, обращенными к духовному поиску, ритуалам и коллективной памяти.

При различии художественных языков их объединяет общее стремление: удержать эфемерное и придать смысл тому, что в противном случае могло бы быть утрачено. Как говорит Ульяна Подкорытова:
«С Нехой Лавингией нас объединяет чувство принадлежности к природе, стремление быть рядом с ней и вера в то, что „нельзя уже будет отделить свежесть утра от света любимых глаз и мерный шум леса от размышлений о прожитой жизни“ (К. Г. Паустовский, „Золотая роза“)».

Акварели Нехи Лавингии основаны на предельном внимании и неподвижности. С каллиграфической точностью она воспроизводит хрупкие стебли, ломкие ветви и лепестки цветов, найденные в саду дома, где жили предки художницы. Миниатюрный масштаб, изысканность и сдержанность, граничащая с абстракцией, сближают эти работы с поэтическим минимализмом хайку. Освобождённые от повествовательного контекста, они не рассказывают историю, а предлагают состояние — возможность задержать взгляд и ощутить красоту простого присутствия.
«Рисование акварелью учит меня жить настоящим и принимать происходящее. Как только рисунок завершён, он завершён; его сложно переделать. Это похоже на момент, который прошёл — даже если пытаться воспроизвести его снова, он не будет таким же». — говорит Нэха.

Работы Ульяны Подкорытовой сформированы опытом проживания места: белокаменной архитектурой, звериными барельефами, холодной водой Каменки, телесным взаимодействием с ландшафтом. Художница пишет:
«Знание законов природы не позволяет человеку подчинять их себе. В мире, наполненном шаткостью, мне кажется, что признание себя бессильным перед стихией как раз открывает двери к нахождению опоры. Если мы не возвышаемся, а признаем себя частью флоры, фауны и ландшафта, то являемся живыми».

Специально для проекта Ульяна Подкорытова во время творческой резиденции в Кидекше создала глиняную скульптуру, вдохновленную витальностью древней архитектуры этих мест. Личный эпизод — купание в холодной ноябрьской воде — превратился в форму знания, в способ соотнесения себя с природой, мифом и коллективной памятью.

«Я искупалась в Каменке у подножия храма XII века — было достаточно холодно, ноябрь. На берегу стоял человек с удочкой — в перчатках, шапке и куртке с паттерном листвы. Вода меня сильно взбодрила, и я пожелала рыбаку удачи. Он замахал руками и сказал, что это плохая примета, и стоит говорить: „Ни хвоста ни чешуи“. Именно в этот момент я осознала, что мой хвост и моя чешуя со мной».

«Чистая вода, каменистое дно» — выставка не о природе как объекте созерцания, а о человеке, который вновь учится быть её частью, о внимании и хрупкости, в которой обнаруживается опора.

Пространство выставки выстроено как последовательность состояний. Акварели Лавингии требуют близкого, почти интимного взгляда и погружают в визуальную тишину. Скульптуры Подкорытовой и звуковая среда вовлекают зрителя телесно, возвращая ощущение собственного присутствия в пространстве и времени.

Сопровождает зрителя звуковое полотно из народных песен, записанных Ульяной Подкорытовой во время резиденции. Эти песни, связанные с переходами — от рождения к смерти, — возвращают к опыту цикличности, прежде всего свойственному природе. Перетекая из одного мотива в другой, звук становится ещё одной формой удержания эфемерного — способом сохранить и передать то, что обычно исчезает, едва прозвучав.

Сегодня, когда ускорение и разрыв связей с телесным опытом и временем ощущаются особенно остро, «Чистая вода, каменистое дно» предлагает пространство замедления и присутствия, где зритель вновь учится быть частью окружающего мира, восстанавливая связь с природой, памятью и самим собой.

Суздаль с его плотной исторической и природной тканью задает особый ритм восприятия: древняя архитектура, ландшафт и вода здесь не декорация, а равноправные участники художественного высказывания. МИРА центр поддерживает этот тип опыта — внимательный, укорененный и лишённый спешки — превращая искусство в способ переживания времени вне утилитарности и открывая пространство, где хрупкость и тишина становятся источником устойчивости и внутренней опоры.